Власти решили помочь попавшему под санкции банку Ротенбергов. В Германии раскритиковали президента России Владимира Путина за то, что он призвал Европу оказать помощь в восстановлении инфраструктуры Сирии для возвращения в страну беженцев. Об этом пишет Deutsche Welle. Скотланд-Ярд сообщил о смерти 44-летней британки Дон Стерджес, которая отравилась нервнопаралитическим веществом "Новичок". Президент Филиппин Родриго Дутерте во время визита на военную базу попросил военнослужащих пристрелить его, если он продолжит возглавлять государство после истечения срока своих полномочий и станет диктатором, передает Reuters.

Сайт пограничников в запасе и в отставке

Объявление

Сегодня:
Подписаться на новости сайта-блога
Изначально форум создавался как офицерское собрание ВС РФ. Но во всех Вооруженных Силах столько проблем, а общественного органа, могущего повлиять или хотя бы довести до руководства страны мнения офицеров по тем или иным проблемам, нет, а то, что было, то посчитали ненужным, поэтому мы ограничились только погранвойсками, которые сейчас и войсками-то трудно назвать.
Наш форум работает с 25 января 2010 года. Посещение форума свободное, но право голоса имеют только зарегистрированные пользователи.
Правила форума указываются при регистрации.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сайт пограничников в запасе и в отставке » Проекты разные » Детективно-фантастический роман "Смотритель"


Детективно-фантастический роман "Смотритель"

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

От автора
Я долго раздумывал над тем, писать или не писать описание жизни встретившегося мне замечательного человека, к судьбе которого мне пришлось приложить руку, и я очень счастлив тому, что моя рука не дотянулась до него.
Въедливый читатель может подумать, что данным заявлением я пытаюсь завязать интригу и создать завесу таинственности над тем, что будет написано в последующих главах. Ничего подобного. Просто в условиях сворачивания демократии, возвращения к массовым репрессиям инакомыслящих, создания зловещей атмосферы шпиономании и борьбы с «пятой колонной», развязанной войны и нарушений международных обязательств, любые слова могут быть использованы для обвинения кого-угодно во враждебной, подрывной и шпионской деятельности по сталинско-ежовской статье номер пятьдесят восемь. Тюрьмы уже переполнены, снова в ходу блатной жаргон и самым модным стал шансон - уголовная культура, которая создавалась не только уголовными талантами, но и политическими заключёнными.
Кто-то не помнит, но в годы моей молодости была популярной песня «Вологда» Владимира Высоцкого:
Пятьдесят восьмую дают статью,
Ничего, - говорят, - вы так молоды,
Если б знал я, с кем еду, с кем водку пью,
Он бы хрен доехал до Вологды.
Но, как говорится у нас, от тюрьмы и от сумы не зарекайся. Можно сидеть тихой мышкой в уголке и тебя арестуют за то, что ты молчком планировал покушение на горячо любимого и всенародно избранного, или втихаря собирал шпионскую информацию для передачи агентам парагвайской разведки и контрразведки с Каймановых островов.
Можно открыто выступать - результат один тот же.
Можно пойти на сотрудничество с властью, то есть стать тайным информатором, либо партийно-политическим информатором в силу высокой сознательности, верности принципам и идеалам правящей партии, которая должна заметить активного члена и дать ему ход наверх, либо стать секретным сотрудником, о котором никто не знает, но который может исчезнуть вместе с оперработником, если они влезут в святая святых или попробуют это. Можно пойти в наёмные боевики. Организовывать нападения на оппозиционных активистов, разгонять пикеты и демонстрации протеста, безнаказанно калечить людей и проливать кровушку. Но как только ситуация чуть изменится, то от боевиков открещиваются все и говорят, что знать их не знали и знать в дальнейшем не хотят, типа, у нас государство правовое, Конституция действует и бандитизм должен наказываться по закону. Так что у нашего гражданина есть широкое право выбора, кем ему быть и определять, что такое хорошо и что такое плохо.
Лучше всего, конечно, быть сотрудником спецслужб. При любой власти всегда при деле. Опять же обучение хорошее. Абы кого в разведку или в контрразведку не пустят. Языки нужно знать, законы, уметь многое. За это и зарплата неплохая, квартирное обеспечение, лечение, отдых и всё такое прочее.
В милиции несколько похуже. Если у власти честные люди, то приходится бороться с преступностью и искоренять её из своих рядов. Если у власти преступники, то приходится бороться с честными людьми и искоренять их из своих рядов. Стабильности особой нет.
Зато самые стабильные тюремщики. Какая бы власть ни пришла, а тюрьмы нужны всегда и специалисты по содержанию заключённых ценятся на вес золота.
А над всем этим стоит тайна, чтобы никто не узнал, сколько же человек власти репрессировали, кто был активным участником этих репрессий, чтобы не допустить раскола в обществе и низвержения авторитетов, забравшихся на вершину по ступенькам, мокрым от крови ненавистных конкурентов и оппонентов.
Всё вышесказанное, если говорить по-научному и с философской точки зрения, надстройка, а базисом являются общечеловеческие ценности. Например, рыбалка, которая объединяет палачей и жертв, делая их сопричастными к великому таинству подманивания к себе рыбы и лова её для поедания в виде ухи на берегу речки и горящего огня да с рюмочкой водки под звёздным небом, располагающим к мечтаниям и всякого рода воспоминаниям о делах давно минувших, и о людях, исчезнувших из памяти и из жизни вообще.
После трудов праведных нужно хорошенько отдохнуть. Представьте себе, как это трудно создать подрывные агентурные группы из деклассированного и полумаргинального элемента для заброски в тыл врага и захвата там власти с помощью таких же маргиналов.
А дальше дело техники. Шелупонь одевается в военную форму, а регулярная армия под видом добровольцев и отпускников концентрируется на направлениях предстоящего удара. Граница открыта, гуманитарные конвои, военное имущество, а западная общественность с чистыми глазами верит всей херне, которая несётся с экранов телевизоров.
Всё повторилось как в 1938-1939 годах в той же Европе. Аншлюс Австрии, захват Чехии и потом вторжение в Польшу.
Дедушка Крылов хорошо написал в одной знаменитой басне «Кот и повар», как повар ругал проворовавшегося кота, а кот Васька слушает да ест.
Гитлер тоже не думал, что, вторгаясь в Польшу, он начнёт Вторую мировую войну. Так, пожурят немного, выгонят из Лиги наций и успокоятся, получив заверения, что всё это сделано для борьбы с польским фашизмом и милитаризмом пилсудчиков, мечтавших построить огромную и великую Польшу «от можа до можа». Но Англия и Франция внезапно объявили войну Германии, проявив своё коварство в отношении чистых и мирных германских помыслов. Для того, чтобы вернуть к себе расположение западного мира и мир с ним, Гитлер напал на коммунистический Советский Союз, но это только раздразнило всех и практически весь мир разделился на фашистов и антифашистов. И последних оказалось больше.
Сейчас мы все ходим по лезвию бритвы. Бритвы Оккама. Напомню её главный принцип: «Не следует множить сущее без необходимости». Если это перевести на русский, то заумный принцип получает просто звучание: не ищите приключений на свою жопу.
Мы находимся в своём естественном состоянии. И никогда не выходили из него. Монголо-татарское иго, неоднократное сожжение Москвы войсками Золотой Орды. Сдача Москвы французам. Сожжение Москвы. Битва под Москвой в декабре 1941 года. Впервые отстояли Москву. А что будет в ближайшие годы? В ту войну СССР мог гикнуться без западной помощи, а что может быть сейчас в войне со всем Западом? Даже представлять не хочется, ведь всё, что у нас есть, всё западное. В дополнение к санкциям мы объявили контрсанкции против себя, опустошив полки магазинов. Весь расчёт на то, что доведённый до отчаяния российский народ, сплотится вокруг своего лидера против подлых пиндосов, объявивших нам новую холодную войну. И чем больше будет жертв, умерших от нервных заболеваний и плохого питания, тем выше будет слава пожизненного президента. Умом Россию не понять. Просто в нормальный ум не укладывается в то, что свойственно русской нации.
Нам со стороны это всё видно, как на ладони, но мы вынуждены молчать, разве что продумывая то, о чём я написал на бумаге. Мы знаем, что концовка будет такая же, как и в 1917 году.
Противодействие эволюции сравнимо с постройкой всё более высокой плотины на горной реке вместо устройства дополнительных шлюзов для понижения уровня воды в водохранилище и смены руководства электростанцией. В любой системе есть критической уровень прочности. Нет такого крепкого сверхматериала, который можно было нагружать до бесконечности. Даже атланты, которые держат небо на плечах, падают изломанными на землю, когда маленький комарик садится им на плечо.
Так и в государстве. Где происходит плавная и мирная смена власти, то такое государство живёт и развивается, а где этого нет, там свирепствуют революции, гражданские войны, разруха, массовые репрессии, войны для удержания власти и прочее, что уже прописано в нашей истории.
Вот чёрт, решили поговорить о рыбалке, а скатились на профессиональные разговоры. Да это всегда у нас так. Как только сидим и говорим о бабах, так начальство довольно и спокойно, а как только заговорили о работе, так начальство беспокоится, когда это мы успели напиться. Вот для этого у нас есть свои санатории и дома отдыха с базами для охоты и для рыбалки.
Кстати, не надо делать из нас утончённых личностей и интеллектуалов, как это делают писатели-детективщики, пишущие по заказу ВЧК-НКВД для получения премий того же ВЧК-НКВД. Мы - плоть от плоти того общества, которое послало нас на защиту его безопасности. Хотя, и здесь не будем кривить душой, на защиту безопасности руководства от того же общества. Это главная наша функция, ну а следующая функция - это борьба с теми, кто мешает нашей работе, а таких организаций, органов и организованных групп видимо-невидимо, и все хотят наложить лапу на наши органы. Если бы не они, то с ЦРУ, ФБР, БНД и им подобными мы бы боролись одной левой и то только после обеда.
Интеллект наш повыше среднего, но юмор обыкновенный, народно-солдатский, типа солдат на постое у старушек, или сидели у ели и ели то, чего не имели, а если бы это имели, то были бы не теми, кем были, и тому подобное. Это разведка у нас интеллектуальная, да и то в разведке одни сынки высокопоставленных папаш и мамаш, поэтому у нас в разведке такой уровень коррупции и кумовства, что все страны чувствуют себя спокойно от такой разведки, периодически перевербовывая разведчиков для себя и раскрывая легальные и нелегальные резидентуры. Это я к тому, что разведку вывели из нашей конторы и они начали воображать из себя невесть кого и невесть что.
Зато в области рыбалки и охоты нам равных нет. В нашу епархию снова вернулись пограничники, теперь мы имеем возможность порыбачить и поохотиться в пограничной зоне и полосе, где посторонние люди не ходят. А подальше от границы у нас есть хорошие заказники. Лично я люблю рыбачить на удочку и желательно карася. Это искусство и удовольствие одновременно. Два в одном, по-современному, как шампунь с кондиционером.
Так вот в нашем заказнике есть целая секция рыболовов, а любителей рыбалки на удочку только один я. Зато инструктор у меня старенький и шустрый старичок по имени Василь Васильевич. Человек молчаливый, но степенный и обстоятельный. От него я много узнал в рыбацком деле, совершенно не представляя тех хитростей, которые не описываются в красочно расписанных и цветливо оформленных пособиях.
Оказалось, что на рыбалке не нужно сидеть мышкой и бояться напугать рыбу. Конечно, вести себя по-медвежьи нельзя, но привлекать внимание рыбы нужно. Если не клюёт, то через каждые три-пять минут нужно делать перезаброс, подтягивать к себе или в сторону поплавок с крючком, чтобы рыба увидела наживку и подошла её попробовать. Да мало ли что. Я был учеником старательным и уважительным, не вёл себя начальником по отношению к инструктору и постепенно у нас установились добрые отношения. А тут в разговорах и между делами потихоньку выяснилось, что он фронтовик, в битвах не участвовал, орденами-медалями не награждён и даже не получил обязательный для всех участников войны орден Отечественной войны второй степени.
Меня это удивило, и я постарался навести о нём справки. Я узнал, что он капитан МГБ (министерства государственной безопасности) в отставке и получил совет не совать свой длинный нос куда не надо. Он нормальный человек в качестве рыболовного инструктора? Нормальный. Вот иди и лови вместе с ним рыбу, а если что интересное услышишь от него, то немедленно иди в спецотдел и докладывай письменно обо всём.
Вот, бляха муха, не было печали, так черти накачали, как говорят китайцы - не ищи себе неприятностей, которые будут тебя доставать. Bu yao zi zhao ma fan. Я тут некоторое время приватно занимался китайским языком, и кое-что уяснил для себя, но, вероятно, уяснил не совсем чётко. Похоже, что старичок находится в постоянной оперативной разработке и я вписан в число этих разработчиков. Если тебе дают рюкзак с булыжниками, то лучше этот рюкзак выкинуть и не нести его дальше. Тебе станет легче, и тому, кто тебе дал этот рюкзак, тоже убытка никакого. Поэтому я быстренько смотал удочки и прекратил выезжать в заказник на рыбалку. Умер Максим, ну и хрен с ним.
Вы не удивляйтесь, если в моей речи увидите некоторые матерки. Я человек русский, а, кроме того, человек военный, поэтому матерный язык знаю в совершенстве и он, по сути дела, является моим вторым родным языком, поэтому без него обойтись будет очень трудно. Например, разведчик в общении с женщиной лёгкого поведения будет говорить, что её поведение является антиобщественным, не соответствующим нормам морали и оскорбляющим его православные чувства и тому подобное, то контрразведчик скажет просто и ёмко - блядь и всё встанет на свои места. Все друг друга поняли.
Месяца через полтора меня вызвали в отдел собственной безопасности и поинтересовались, почему это я не выезжаю в заказник на рыбалку.
- А какое ваше дело до моей рыбалки? - я сразу отбрил их, потому что это моё частное дело и никому не позволено совать в него нос.
- А это уже не ваша рыбалка и не ваше дело, - вежливо охолонули меня, - это дело государственное и вы единственный за многие десятилетия, кто смог чем-то расположить к себе старика.
- А чем он обвиняется, - спросил я, - шпионаж, диверсии, терроризм, антисоветская пропаганда?
- Ни в чём не обвиняется, - прямо сказали мне, - просто о нём нет никаких данных, ни в личном деле, ни в архивах. Он как бы и есть, и его как бы и нет. Как был капитаном так им и остался. И сам ничего не говорит. Есть указание, подписанное ещё наркомом Берия, что данного человека не трогать и ничего у него не выяснять. Это значит, что у человека есть какая-то «шуба», которую ему надели, а снять никто не может. Берии нет, а указание его есть, и никто не решается отменить это указание, а оно, как ты сам понимаешь, до сегодняшнего дня имеет силу приказа, требующего обязательного исполнения и никто кроме Берии его отменить не может.
- Абсурд какой-то, - недовольно сказал я, - любой председатель КГБ вправе отменить этот приказ.
- А вот и нет, молодой человек, - ласково просветили меня, - в государстве нашем есть незыблемые основы, которые никто не вправе поколебать. Стоит раскрыть архивы и показать хоть десятую часть нашей деятельности, то государство рухнет и похоронит нас под своими обломками. Вы это понимаете? - и начальник отдела высоко поднял свой указательный палец, показывая важность того, о чём он говорил.
- Отдайте его мне, и я за два дня выбью из него нужные показания, - с весёлым задором молодого человека сказал я, - у нас даже Тутанхамон давал собственноручно написанные показания!
- Не накликайте на себя беду, - как-то многообещающе сказал начальник отдела, - я читал дела, когда товарищи допрашивали товарищей, сидели в одном кабинете, вместе выпивали, дружили семьями, а потом выбивали друг другу зубы и выкалывали карандашом глаза. Потом они менялись местами, и мучитель становился жертвой, а дети и жены рвали друг на друге волосья и втыкали в лицо столовые вилки. И в конце концов, обоих расстреливали в подвале как агентов экзотических разведок, жён отправляли в концлагеря, а детей в спецприёмники для членов семей изменников родины. Вы этого хотите?
- А что, у нас есть какой-то другой выбор? - спросил я у начальника.
Оглянувшись по сторонам и приложив к губам указательный палец, начальник встал из-за стола и подошёл ко мне. Наклонившись к моему уху, он тихо произнёс:
- Есть выбор. В любой ситуации нужно поступать по-человечески, как человек, а не как обезьяна, которая поймает чужого детёныша и начинает есть его живьём. Даже не убивает из чувства гуманности. Поэтому, всех обезьян, - он повысил голос для возможной звукозаписывающей аппаратуры, - я не считаю человекоподобными существами. Это выродки, оставшиеся от генетических опытов по созданию homo sapiens, человека разумного. Поэтому и вы, как человек разумный, должны делать выбор в пользу своей родины. Кто бы ни руководил нашей родиной, что бы он ни делал, вы должны быть ему верны и делать всё, что он приказывает, не раздумывая и не рассуждая. Потом вы с чистой совестью можете сказать, что время было такое, что вы думали совершенно о другом, осуждали насилие, но были вынуждены подчиняться приказу.
- Но такого не бывает, - возмутился я, - преступления есть преступления, и они должны быть наказаны.
- Молодой человек, молодой человек, - весело засмеялся старый полковник, - жаль, что в школе КГБ не преподают историю и уроки из её самых главных этапов. Вам, вероятно, не рассказывали о том, что культ личности был осуждён и признано, что в отношении многих честных людей были проведены массовые репрессии. И кто понёс наказания? Да почти никто. Человек десять, а остальные как работали на своих местах, так и работают до сих пор. Когда был суд над фашизмом в Нюрнберге, то повесили двадцать человек и человек тридцать посадили в тюрьмы. Зато остальные отделались формулой «Время было такое. Мы люди подневольные. Нам приказали, мы делали». И самое главное, до сегодняшнего дня в современной Германии военными преступниками, на которых не распространяется срок давности, являются дезертиры из немецко-фашистской армии и люди, которые состояли в комитете «Свободная Германия», а также полковник фон Штауфенберг со товарищи, которые устроили покушение на Гитлера. И вовсе не участники массовых казней и члены SS. И это в той стране, которая отринула фашизм, как преступную идеологию. Вот вам и поле для умственных упражнений в свободное время.
- Хорошо, я подумаю об этом на досуге, - сказал я, - но что нам нужно от старичка рыболова?
- Мы и сами не знаем, что нам нужно, - сказал начальник отдела собственной безопасности. - С самого верха потупило строгое указание, узнать, какая тайна ему известна, и если эта тайна навредит государству, то сделать так, чтобы эта тайна так и осталась тайной…
- То есть, старичка нужно кокнуть? - как-то неудачно пошутил я.
Сердитый взгляд был мне ответом.
- Ты, вообще-то, кто по национальности? - вдруг спросил начальник отдела.
- Русский, - с чувством особой гордости сказал я.
- Русский? - переспросил полковник. - Так какого же хрена ты задаёшь бестолковые вопросы. Ты что, до сих пор не понял, что мы живём как в сказке?
- В какой сказке? - удивился я.
- В любой, - сказал полковник, - например, иди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что. Это о твоём задании. И учти. Это твоё самое сложное задание. Если ты коснёшься страшной тайны, то я тебе не завидую. Тайна только тогда остаётся тайной, когда о ней знает только один человек. Возьми секретные протоколы к пакту Молотова-Риббентропа. Все говорили, что никаких протоколов нет, что это фальшивка, а они спокойно лежали сейфе генсеков и президентов и передавались по наследству в особой папке. Или материалы Катынского расстрела польских офицеров. Материалы нашлись там же, но их стали выдавать порциями. Лучше бы уж совсем их не было, но раз сказал А, то нужно говорить и Б.
- И что же делать мне? - спросил я.
- Не знаю, парень, - как-то устало и в то же время добродушно сказал начальник. - Тебе просто не повезло. Выкручиваться придётся самому. Никто тебе не поможет, ни Бог, ни Царь и ни Герой, добьёшься ты освобожденья своею собственной рукой. Так поётся в революционной песне. Думай. Твоё начальстве в курсе, что у тебя специальное задание из инстанции. Работу планируешь сам и отчитываешься только передо мной. Заведи себе за правило записывать на диктофон все рыбацкие беседы. На их основании будут определять наличие или отсутствие этой страшной тайны. Тебе нужно пробежать в ливень так, чтобы ни одна капля не упала на твой костюм.
- А я знаю, как это сделать, - перебил я полковника.
- Ну, и как? - удивился он.
- Нужно снять с себя всю одежду и положить её в котёл, как сделал этот один китайский мудрец, - сказал я, - а потом спокойно идти по дождю. Когда он закончится, достать сухую одежду и надеть её.
- Всё, хватит, - перебил меня полковник, - идите отсюда, иначе я с вами свихнусь от ваших историй и тайн.
- А что такое шуба? - спросил я.
- Эх. Молодость-молодость, - засмеялся полковник. Это побасёнка такая. Один офицер никак не мог получить продвижение по службе, все говорили, что дело в шубе, то ли у него шубу украли, то ли он у кого-то шубу украл…
Я был молод и свободен. У меня не было обременяющей семьи, детей, поджидающих прихода с работы папы, родителей, которым требовалась помощь и уход. Одним словом, сирота широкого профиля. Всё обыденно. Был единственным ребёнком в семье. Когда мне было восемнадцать лет, родители попали в аварию, и я остался один. Спасло меня хорошее воспитание и то, что я сразу прекратил уличные знакомства, а затем поступил в высшую школу КГБ, заручившись рекомендацией одного старого чекиста, давнего знакомого моего отца. Не знаю, что было со мной, если бы я выбрал другой путь. Возможно, что меня давно бы не было в живых. Черные риелторы - это хорошо организованные банды, состоящие сами знаете из каких должностных лиц. Молодого пацана давно бы уже похоронили на старом заброшенном кладбище, а в его квартире проживал какой-нибудь бонза, крышующий эту банду. Так что, КГБ спасло мою жизнь. Дальше вы уже знаете.
На моем рабочем месте в моем кабинете стоял пустой стол. Непосредственный начальник спросил, какая мне нужна помощь и ушёл, занятый своими делами, показывая, что здешние дела меня уже не касаются.
Пообедав в управленческой столовой, я пошёл домой готовиться к новой рыбалке. Наутро я был в заказнике и пил чай у Василь Василича, который встретил меня как давнего знакомого и посетовал на то, что рабочие заботы не давали мне отдаться любимому времяпровождению.
- Василь Василич, - сказал я с улыбкой, - я сейчас в отпуске и буду рыбачить каждый день.
- Это и хорошо, - согласился старик, - а то рыбаков что-то мало стало. Всё норовят сетями половить, а толку что? Бросили сеть, вытащили килограмм пятьдесят, а потом почти вся рыба погибнет или испортится, так и не дойдя до потребителя. Ловить нужно столько, сколько нужно для потребления или для переработки для длительного хранения.
Весь день мы занимались подготовкой к рыбалке. Проверяли и настраивали снасти, готовили палатку, проверяли лодку и мотор, заливали бачки бензином и маслом, делали запас продуктов.
- Пару бутылочек возьмём с собой? - спросил я. - Поедем, наверное, дня на два или три.
- Ну, если на два-три дня, то и бутылочек нужно брать столько же, - с улыбкой сказал Василь Василич.

0

2

Первая командировка

На реку мы выехали рано. Двум холостякам собраться - только перепоясаться. Свежий ветерок холодил лицо, по воде шла мелкая рябь, глухо гудел лодочный мотор, толкая нашу лодку, которая от радости журчала водой на редане, то есть в том месте, где приподнятый нос лодки касался поверхности воды.
Минут через сорок мы пристали к пологому берегу, ориентируясь на сизое пятно от старого костра. Место уже обжитое и намоленное, как говорили рыбаки.
Палатку установили быстро, достали удочки и пошли вдоль берега, высматривая уловистые места. Да их и высматривать не нужно, к каждому из них были протоптаны тропинки и в кустах сделаны проходы, а на берегу установлены чурбачки. В хороших заказниках это дело чести и часть инфраструктуры рыбалки.
- Рыбачь здесь, - Василь Василич ткнул пальцем в небольшой проем в кустах, - а я расположусь рядом.
Я прошёл на указанное место и очутился как бы в комнате из веток и листьев с широким окном в сторону реки. Всегда мечтал порыбачить именно в таком месте. Ты находишься в своём домике и тебе не нужно никуда идти, чтобы добыть пропитание. В углу комнаты был небольшой очаг, выложенный из камня. По краям очага в землю вбиты металлические прутья с рогульками наверху, чтобы на перекладине можно было повесить котелок с ухой или чайник для завершения трапезы. Рядом с очагом была небольшая вязанка дров, листья над очагом давно сгорели, образуя как бы дымоход в доме, который топится «по-чёрному».
Место мне досталось уютное, какое-то домашнее, так и хотелось прилечь в уголок, противоположный от очага, где было постелено свежее сено. Как на сеновале в деревне.

Ночь. Луна. Тишина. Сеновал.
Свежий клевер и памяти шквал.
Пламя страсти горело во тьме,
Ты была, или снилась ты мне?

С трудом отогнав от себя мысли о неге, я настроил удочку и закинул её в воду. Поплавок плавно качался на воде, подмигивая то мне, то солнечным бликам, которые возникали на небольших волнах, создаваемых слабым ветерком.

- Товарищ Председатель, капитан Абрамов для выполнения задания особой важности готов, - отчеканил я, стоя в просторной зале, залитой ярким солнечным светом и обдуваемой ласковым ветерком, лениво шевелящим огромные шёлковые шторы белого цвета. Всё было в белом. Скатерть за столом, где сидел Председатель с заместителем и их белые костюмы. Мой белый костюм был настолько ослепителен, что Председатель улыбнулся и сказал:
- Не вздумай при выполнении задания также отбеливать свои одежды.
- Так точно, - снова отчеканил я.
- Ладно, сынок, - ласково сказал Председатель, - доложи о своём задании и о том, как ты думаешь его исполнять.
К этому вопросу я был готов. Три года подготовки, жизнь в неимоверных условиях, питание впроголодь, драки со свирепыми людьми, владение всеми видами оружия, использование подручных средств для нападения и защиты, схватка с хищниками. Я был закалён и готов ко всему.
- Моя задача, - поставленным голосом докладывал я, - проверить состояние агентурной сети и подтвердить имеющиеся данные о результатах работы на испытательных полигонах номер два и три. При необходимости, принять меры по замене исполнителей.
- Молодец, сынок, - сказал Председатель, - мне доложили о твоих отличных оценках по знанию административно-полицейского режима в регионе твоей работы и способностях к мимикрии в любой обстановке. Там ты не погибнешь с голода. Всё, что двигается, шевелится, бегает, плавает, летает, всё это съедобно. Всё, что не шевелится, можно расшевелить и скушать, - и Председатель рассмеялся, довольный шуткой. Я вежливо улыбнулся, показав, что высоко ценю юмор начальника.
- Этот проект очень дорог для меня, - сказал Председатель, высоко подняв указательный палец. Все преподаватели использовали этот же жест для показа важности того, что они сообщают. - Я создал их по образу и подобию своему и не хочу, чтобы мой образ использовался в нехороших делах. Представь себе, что они будут думать о своём Создателе, если копии его будут сволочами, на которых клейма ставить некуда. Поэтому в чистке аппарата будь беспощаден, если нужно, то устрой им настоящий Армагеддон. Ребята из спецназа будут в готовности. Обрати особое внимание на иудейское племя, у меня на него особые надежды. Начинай с Авраама. По ходу выполнения будут поставлены дополнительные задачи. Успехов, солдат, иди!
- Слушаюсь, товарищ Председатель, - сказал я и, чётко повернувшись, вышел из кабинета.
Учёба закончилась и как же было жалко покидать эту шикарную обитель с уютными комнатами, просторными аудиториями и полигонами для практических занятий, из которых особую трудность представляли те языки, которые ещё находились в стадии развития, а некоторые исчезали как дымок из банки пива после нескольких глотков.
- Прощай, Альма Матер, - подумал я и пошёл к богомобилю, ждавшему меня за воротами школы.
Я не знал, кто я такой, есть ли у меня родители, есть ли у меня родственники, вокруг меня были преподаватели, соученики и над всеми стоял Председатель.
Когда я задавал такой вопрос, мне всегда отвечали, что в своё время у узнаю всё, а сначала мне нужно познать тот мир, который создал Председатель и тогда я смогу сделать выбор, какой жизнью мне жить, с родственниками или без родственников, или как я живу сейчас. Это было непонятно, но, вероятно, я ещё не дошёл до стадии понимания того, что доступно самому Председателю.
Я прибыл к устройству, которое может переносить нас во времени и пространстве. Устройство представляет собой круг десятиметрового диаметра, установленный на стойки. Для перемещения нужно встать в центр круга и произнести формулу, включающую в себя славословия в адрес Председателя, благодарность за его руководство, за обеспечение одеждой и пищей и охрану от представителей тёмного мира. Затем выкрикивается формула: Да здравствует Председатель и называется место и дата прибытия в место перемещения. На планете, которая является особым объектом для Председателя, установлены такие же приёмные центры, где роль стоек выполняют огромные камни, врытые вертикально в землю, а круг изготавливался из таких же камней, устанавливаемых поверх стоек.
Наш учебный центр находился в местечке с названием Стоунхэндж, и мы тренировались в перемещениях в разные районы, не особо секретясь от аборигенов, уровень развития которых был очень невысок для того, чтобы что-то понять. Они так же, как и мы входили в пустые кольцевые сооружения, вздевали руки вверх и пытались воспроизвести всё то, что говорили мы, но, как вы сами понимаете, ничего у них не получалось и не получается до сих пор.
Я снял свою одежду и отдал её служителю. Вместо белого мундира я надел мешковатую одежду из тканой шерсти темно-серого цвета. Она представляла собой большой мешок, который мог подпоясываться верёвкой и перехватывался шарфом-капюшоном. Одежду можно было связать крючком или на спицах, но люди того времени до этого ещё не дошли, а Председатель строго-настрого запретил помогать в чем-то людям на Земле. Один наш сотрудник раскрыл им тайну огня, и он сразу был осуждён на пожизненное заключение, а его печень по кусочкам отрезалась и шла на выращивание тканей для создания новых существ. Все это знали, и никто не собирался повторять его судьбы. Председатель наш крут нравом.
- Да здравствует Председатель, - крикнул я, - Земля, Палестина, семнадцатый век, - и всё закружилось в вихре времени.
Через какое-то время я открыл глаза и увидел, что стою в таком сооружении, как и Стоунхэндж, только изготовленном из деревянных брёвен. Это даже не бревна в истинном понимании этого названия, а толстые и кривые палки какого-то дерева. Похоже, что это был временный приемо-передатчик, который без труда собирался и также без особого труда раскладывался, не оставляя следов нашего присутствия на Земле.
Около приёмника меня поджидали два человека в темных плащах. Я пошёл к ним с приветственным жестом поднятой вверх правой руки, но был остановлен коротким как выстрел словом:
- Пароль!
- Какой пароль? - засмеялся я. - Я посланец Председателя и вы должны подчиняться мне.
- Пароль, - снова требовательно сказал один из незнакомцев, а второй навёл на меня палку, на конце которой сверкнуло что-то стеклянное.
- Легкомыслие может дорого стоить, - подумал я, - хотя пароль мне сообщали, но я совершенно выпустил его из вида и забыл о нем. Причём, мне сообщили три пароля, по времени и месту моего следующего прибытия. Что делать, что делать? Скажи я не тот пароль, у этого в чёрной хламиде рука не дрогнет Ему один хрен, что абориген, что посланник Председателя. Не возвращаться же мне назад, чтобы уточнить пароль. И на бумаге ничего не напишешь, потому что бумагу ещё не изобрели, а клочок бумаги может навести на изобретение её раньше времени. Вы даже представить себе не можете, во что может вылиться преждевременное изобретение бумаги. Политики начнут читать речи по бумажке, писатели появятся, начнут записывать всё, что происходит и уже не будет возможности наврать соплеменникам с три короба, чтобы тебя избрали новым вождём. Но ведь можно и на бумаге наврать с три короба и тогда, сколько ни говори правды, никто не поверит, ни единому слову и не изберут тебя вождём, и даже Председателю не удастся вразумить тех, кого он создал по образу своему и подобию, кроме как наслать на них стихи или болезни.
И тут я вспомнил пароль.
- Содом.
- Гоморра, - ответил человек в темной одежде и поклонился, - добро пожаловать, брат, давно тебя ждём.
Он схватил меня за плечи и стал радостно трясти, как будто любимого родственника, которого не видел лет сто, а, может и больше и приезда которого ждал с нетерпением.

- Просыпайся, - Василь Василич тряс меня за плечи и смеялся, - ну и рыбак, три часа просидел и ни одной рыбы не поймал, да ещё заснул. А тут у тебя уютно, как в экзотическом номере самой дорогой гостиницы, приближенной к природе и естественной жизни. Зато я рыбы наловил. Пойдём готовить обед, покушаем, а потом будем готовиться к вечернему лову.

0

3

Княгиня

Солнце было ещё высоко, но уже клонилось к закату, увеличивая тени от деревьев и умиротворяя всё вокруг. Птицы отдыхали в своих гнёздах и даже комары куда-то попрятались, готовясь к ночным вылетам за дурной кровью рыбаков и охотников.
Приготовление ухи дело в общем-то простое. Василь Василич поймал довольно крупных окуньков и двух судачков. Чисто для ухи. Как будто выбирал, какую ему рыбу ловить. Окуньки были по пять рублей и весом грамм по восемьсот, судачки под стать им чуть поболее килограмма каждый. Можно, конечно, было их выпустить, как намекают рыбаки в телевизионных передачах, но зачем тогда ездить на рыбалку и ловить рыбу. Рыба - это пропитание человека, и он должен её ловить на потребление сразу или для заготовки на будущее. Иначе и на рыбалку нечего ходить.
Пока Василь Василич потрошил рыбу, я начистил картофель, порезал лук и приготовил заправку из сушёной моркови, перца, соли и различных травок.
Вдвоём работа спорится и уже весёлый котелок с картофелем сказал нам о том, что пора запускать рыбу. Уха сварилась довольно быстро. Никакой водки. Хотя в котелок плеснули грамм пятьдесят и затушили головёшку, чтобы отбить тинный привкус от речной рыбы.
Обедать пошли в мой естественный шалаш, где я проспал всю рыбалку. Вечером ещё предстояла рыбалка, поэтому и обеденная уха нами потреблялась как рыбный суп.
В чем отличие ухи от рыбного супа? Очень просто. Если перед потреблением рыбного супа выпить рюмку водки, то получается уха. Если рюмки не будет, то в любых условиях и с любой рыбой это будет рыбный суп.
После еды мы прилегли на лежанки из сена и закурили. Вот что значит эйфория, когда плотно кушаешь на свежем воздухе и вытянешься на пахучем сене в непосредственной близости от реки.
- Василь Василич. - спросил я, - а вы когда-нибудь любили? Чтобы вот так, по-простецки, грабить так банк, а спать так с королевой?
Молчание моего спутника было длительным. Мне даже показалось, что он вообще не будет отвечать на мой вопрос, а возможно, попросту уснул, разморённый едой. Всё-таки немолодой человек. Устал. А тут такая расслабляющая обстановка.
- Любил, - вдруг сказал Василь Василич. - но это было так давно и кажется, что этого вообще никогда не было. С другой стороны, за это нужно сказать спасибо революции. Если бы её не было, то и у меня не было бы никаких воспоминаний, которые можно писать на розовой бумаге.
- А революция здесь при чём? - спросил я. - В революцию вам было лет намного меньше, чем мне сейчас.
- Это вы сейчас равноправие воспринимаете как нечто собой разумеющееся. - сказал мой собеседник. - хотя и сейчас сословные различия есть и никуда не делись, но это всё завуалировано. а раньше это было ярко выражено. Мои предки из крестьян. После отмены крепостного права перебрались в город и устроились работать на мануфактуру. Я был уже вторым городским поколением, но только после революции мы перебрались из тесных общаг, потеснив буржуев в многокомнатных квартирах.
Я хмыкнул, представляя, как это всё происходило, основываясь на описаниях этого процесса оставшимися в живых писателями и теми, кто сгинул в лагерях, но написанное ими так и не смогло быть уничтоженным, несмотря на все усилия ВЧК. Как живой стоит перед глазами профессор Преображенский и домком товарищ Швондер с группой товарищей.
- Я знаю, почему ты хмыкнул, сказал Василь Василич. - Всякое бывало. Только квартиры к моей истории отношения не имеют. Мы, дети рабочих и крестьян, получили такие же гражданские права, как и все. Но для этого многие люди должны были поступиться своими исключительными правами, дававшимися им по праву рождения или, были заслужены предками. Я тоже слышал красивые сказки про декабристов, которые боролись за то, чтобы всех людей сделать богатыми или чтобы все люди были дворянами. Но такого не бывает и быть не может даже в сказках. А ты знаешь, что когда проводилось следствие по восстанию на Сенатской площади, то начальник Охранного отделения генерал-адъютант Бенкендорф Александр Христофорович сказал руководителям восстания:
- Господа, вы заявляете, что боролись за свободу крепостных крестьян. Поднимите руку, кто из вас освободил своих крестьян. И в отношении него сразу будет прекращено дело.
Ни один не поднял руку. Да и как бы господа смирились с тем, что рядом с ними будут новые господа из вчерашних крестьян или ремесленников? Только что человека пороли на конюшне за мелкую провинность или брали его невесту на пробу по праву первой ночи, и вдруг он в благородном собрании с тросточкой, и она в кринолине? Не смешите меня. Такое неравенство стирается только кровью. Химики не придумали ничего другого. Тут только смена режима в стране и Конституция, которая уравнивает в правах всё население страны. Иного пока не придумано. Даже в той стране, где есть Конституция и в ней записаны права граждан, нельзя давать гражданам проявлять эти права. Начнётся восстание и уравнивание прав будет проведено кровавым путём. Если власть будет соблюдать Конституцию, допускать смену выборной власти и готовить граждан в выборные органы для управления государством, то такая страна имеет перспективы на долгое и мирное развитие и превращение её в страну, ценности которой являются примером для других стран.
Я смотрел на Василь Василича и удивлялся трезвому уму и знанию всего и обо всём. Я не сомневаюсь, что если бы я завёл вопрос о космогонии, то и здесь мой собеседник блеснул познаниями в области мироздания и даже предложил бы что-то новое, своё, что, возможно, было бы спорным, не тем не менее.
- В середине тридцатых меня по комсомольской путёвке направили в органы ВЧК. Тогда это было ОГПУ (Объединённое государственное политическое управление) и в этом же году его переименовали в НКВД. Народный комиссариат внутренних дел. Послужил я немного в пограничниках на дальневосточной границе. А потом меня направили на учёбу в школу разведки. Была такая сто первая школа. Поэтому я участия в массовых репрессиях не принимал, да и обращение с нами было не такое, как в школах контрразведки, где учили ломать людей. Представь себе, что костолом поедет за границу в разведку. Да у него на лбу написано, кто он такой. Кто-то про Сталина или Берию плохое скажет, а он уже в драку за них полез. И кончилась работа. Ты вот слышал где-нибудь, чтобы выпускники разведшколы где-то в числе оголтелых чекистов числились? Чтобы они возглавляли черносотенные шествия и вгоняли иголки под ногти своим бывшим коллегам, чтобы выпытать у них, что они замышляли в плане перестройки и демократизации нашей страны? То-то и оно.
Вот и мы были такие, учили иностранные языки, политес и не хлебали первое, второе и третье из одной чашки и одной ложкой. Не сморкались при помощи зажимания одной ноздри, а пользовались платочками, умели танцевать и были обходительными во всём. При случае могли и рожу любому начистить. Парни были хоть куда. И вот в 1937 году уже перед последним годом обучения получил я путёвку в наш санаторий в Ялте. Женщин в санатории было предостаточно и все они были проверенные в идеологическом и медицинском отношении, так чтобы не заразили сотрудников чуждой идеологией или нехорошими болезнями. Но у меня не было желания получить в личное дело запись о курортном романе, что я говорю в любовном экстазе и как в сексуальном плане я выгляжу в чужих местах. Я обошёл все библиотеки и все места, связанные с культурой. А таких мест и до сегодняшнего дня достаточно, и там я познакомился с одной девушкой. С богиней. И как ты можешь догадаться, её звали именно Дианой. А сейчас давай ухи поедим. проголодался я что-то.

0

4

Первая командировка (продолжение)

Радостная встреча продолжалась недолго. Несколько мгновений. Люди соскучились по встрече с равным. Но быстро насытились общением и перешли к делу.
- Слушаем тебя, брат наш, - и склонили головы в темных капюшонах.
- Как там у нас Авраамом и с племенем его? - как-то устало спросил я, как будто мне уже надоело ездить по всем сторонам света и инспектировать всё ранее начатое.
- Трудно вот так в двух словах ответить, - сказал старший из смотрящих. - Сначала Авраам вместо со своим отцом жили в городке Ур, что в Южной Месопотамии, а затем переехал с семьёй в город Харран в Северной Месопотамии, где и умер от старости.
Мы передали Аврааму приказ Председателя, чтобы он продолжил дело своего отца и нашёл дорогу в Ханаан, а за это из его потомков будет создан великий народ, в котором людей будет столько, сколько песчинок на земле и сколько звёзд на небе и который будет владеть всей землёй Ханаанской.
Авраам удивительно послушный человек и он, взяв с собою жену Сарру, племянника Лота и слуг своих вместе со стадами последовал в Ханаан, но не остался там, прошёл до Египта и там тоже не остался.
В пути из Египта пастухи Авраама и Лота поссорились из-за пастбищ и колодцев, и Авраам с Лотом тоже отделились друг от друга. Пастухи Лота говорили, что вся земля Ханаанская будет принадлежать им, а Аврааму следовало бы убраться куда-нибудь подальше. Авраам устроился неподалёку от города Хеврона, а Лот стал жить в городе Содоме.
У Авраама сейчас проблема, он хочет иметь наследника от жены своей Сарры, но ему уже больше ста лет и жена его не первой молодости и они не могут зачать ребёнка. Сарра уже водила в шатёр к Аврааму свою служанку по имени Агарь, и она родила от Авраама сына по имени Измаил, а Сарра прогнала их, и они живут в сторонке.
- Хорошо, - сказал я, хотя ничего хорошего в этом рассказе не было, - пойдём сейчас к Аврааму и на месте решим, как быть дальше и что нам нужно сделать, чтобы заветы нашего Председателя неукоснительно выполнялись.
Мы встали и пошли в восточную сторону. Перевалив через холм, мы увидели шатры и загоны для овец, а также увидели Авраама, старца с седой бородой, сидевшего у очага.
Авраам приветливо принял нас, угостил всем, что есть в его селении и отвечал на все наши вопросы, понимая, что имеет дело с посланцами Председателя, которые прибыли сюда не просто так.
В неторопливой беседе он рассказал нам, как участвовал в войне против четырёх царей, которые захватили Содом и пленили его племянника Лота. Царь Нимрод вместе со своими троими приятелями разграбил город Содом и захватил в плен Лота. А так как Лот был очень похож на Авраама, то его посадили в клетку и стали насмехаться над ним, что, мол, не придётся тебе вести свой род для заселения земель Ханаанских, а Председатель его, который им управляет, даже пальцем не шевелит, чтобы спасти своего наперсника. Тогда Авраам вооружил мечами триста восемнадцать своих воинов и заставил бежать войска всех четырёх царей, освободив племянника Лота.
Сейчас у Авраама всё хорошо, да только Сарра не может родить ему сына и, вероятно, не сбудутся предсказания Председателя о том, что от колена его будет создан многочисленный народ.
Авраам говорил, а тёплый ветер пустыни развевал его седую бороду, унося обрывки слов, отчего его речь становилась не везде понятной, но смысл можно было понять.
Мы в школе учили все существующие наречия и с восторгом вспоминали те времена, когда сущим языком был один, на котором разговаривали все наплодившиеся на земле люди. С помощью одного языка они знали секреты друг друга и могли договариваться. Они даже договорились до того, что решили построить высокую башню и посмотреть, кто там сверху кидает им камни с начертанными задачами и потребовать, что прежде, чем кидать эти камни, он должен посоветоваться с ними о том, согласны ли они с этим приказом и желают ли они ему подчиняться. Одним словом, решили на земле установить демократию. Но наш Председатель не признает никаких демократий. Шаг влево, шаг вправо - попытка к бегству, прыжок на месте - провокация, и он одним махом разрушил стоэтажную башню вблизи города Вавилона и перемешал все языки, вследствие чего люди разбрелись в разные стороны туда, где жили говорящие на таких же языках люди. От добра добра не ищут.
- Успокойся, Авраам, - сказал я, - Председатель не оставил тебя милостью своею. Вот тебе порошок, выпей его и иди к Сарре, а через год у тебя родится сын и назовёшь ты его Исаак.
_ Да как же это возможно, запричитал Авраам, - ведь я старый и Сарра моя старая, откуда у нас появятся дети?
_ Слушай, что я тебе говорю и делай всё так, как велит Председатель, - сказал я, - а сейчас поведай о том, как живёт племянник твой Лот и не нужно ли ему помочь вернуться к своему дяде, чтобы умножить число потомков ваших.
- Плохо моему племяннику Лоту, - с горечью поведал нам Авраам. - После того, как я освободил город от врагов, а Лота от плена, народ там испортился окончательно. Вместо того, чтобы плодиться и умножать богатства свои, люди там занялись грехами. Мужчины там сожительствуют с мужчинами, женщины с женщинами. А тем, кому не хватило пар, нападают на другие пары или прибегают к помощи животных для удовлетворения своих низменных похотей, и этих животных после совокупления с ними они пускают в пищу, распространяя грех скотоложства по всей округе.
- А Лот, твой племянник, не участвует ли в этих оргиях, не грешит совокуплением с мужчинами или с животными? - спросил я.
- Не знаю, - честно ответил Авраам, - овцой в волчьей стае не прожить, но он праведник, и если делает что, то делает это с чувством глубокого отвращения.
- Понятно, - сказал я, - Лота мы спасём, а город уничтожим. Нам не нужен этот гнойник на земле Ханаанской.
- Постойте, - закричал Авраам, - а вдруг там, кроме моего племянника, есть ещё праведники? Неужели вы уничтожите и праведников?
- Если мы найдём там пятьдесят праведников, то город будет цел, - сказал я.
- А вдруг там будет меньше праведников? - взмолился Авраам.
- Хорошо, - сказал я, - если мы найдём там двадцать праведников, то город останется целым.
- А если меньше двадцати? - стал причитать Авраам.
- Если мы найдём там пять праведников, то оставим город в целым, - сказал я. - А скажи мне ты, который зарезал не одну сотню людей, которые встали на твоём пути, какое тебе дело до людей, погрязших в грехе и разврате? За грехи людей должно отвечать всё племя. За грехи Содома должны отвечать все горожане.
- Передайте Председателю, - сказал Авраам, - что если мы будем так вершить правосудие, то скоро на земле не останется никого. Ни одного человека. Пусть каждый отвечает за грехи свои, а праведники продолжат жить в председателевом благоволении.
- Хорошо, я передам это Председателю, - пообещал я и со спутниками двинулся в сторону города Содома.

0


Вы здесь » Сайт пограничников в запасе и в отставке » Проекты разные » Детективно-фантастический роман "Смотритель"